О «простеньких зеркалках»

Когда мне приходится где-то слышать, как какой-то фотограф, рассказывая о начале своего пути в фотографии, употребляет фразу «… и тогда мне купили простенькую зеркалку», или, ещё хуже, «дешевенькую зеркалку», я сразу выхожу из себя. Особенно, если эта самая зеркалка была его первой камерой. Ещё один вариант, бесящий меня — «сначала я фотографировал(а) «мыльницей», а потом родители купили мне простенькую зеркалку, и тогда-то я начал(а) фотографировать по-настоящему».

Запомните все: зеркалка никогда не бывает ни «простенькой», ни «дешёвенькой». Зеркалка должна писаться с большой буквы и говориться с осторожным предыханием.

В те времена, когда я начинал фотографировать, зеркалка в Cоюзе была, в общем, одна. Она называлась «Зенит» и стоила 135 рублей. Это было очень, очень, много — почти месячная зарплата моей мамы. Мои родители были инженерами.
Никто не мог купить такое ребёнку. Здравомыслящий ребёнок не мог о таком мечтать. Даже если позволить себе помечтать об этом, что делать с ужасающей мыслью, что ты ЭТО можешь уронить?
Поскольку я был ребёнок здравомыслящий, то я не мечтал о «Зените». Я мечтал о «Любителе», он стоял в фотомагазине в витрине, на нижней полке, и стоил 36 рублей. И он был, в общем, зеркальным. И квадратным. И, со слов учителя труда, делал «неплохие» слайды. Рядом с ним лежали два фоторужья, Фотонайпер ФС-3 и ФС-12, с тем же самым «Зенитом» и объективом 300мм.

Моим первым аппаратом был «Этюд». Одна пластиковая линза и одна выдержка. А что не подходит для съёмки, то и снимать не стоит. Резкость — это если повезёт. И то, только в центре.

Зато у брата был нормальный крутой фотик. «Смена-8М». Конечно, с годами она попала ко мне в ручки. Можно делать прекрасные снимки, нормальная резкость, есть всё, что нужно. И красивый, и стильный, и в кофре.
То, чего не знают те, кто начинал с мыльницы или с «простенькой» (простите за выражение) зеркалки: в наших условиях человеку нужно было приложить немалые усилия просто для того, чтобы сделать снимок как таковой, чтобы вообще что-то получилось и было видно.
Во-первых, экспозицию надо ставить на глаз, а для детей были специальные таблицы погоды. Плюс поправка на время года. Плюс поправка на чувствительность плёнки. Плюс поправка на широту (от Москвы). Посмотрите книжку «25 уроков фотографии», там есть эти таблицы.
Во-вторых, надо навести на резкость — отсчитать шаги. А сколько снимков было испорчено, когда давал кому-то снять группу, а на резкость и не навели!
В-третьих, несобранным и неаккуратным детям надо ещё и не забыть перевести кадр.
А однажды она сломалась. Что-то в шестерёнках и пружинках её затвора заело, и больше она не снимала.

А у меня уже всё с фотограйфией было всерьёз. И тогда папа (спасибо ему!) отдал мне свой ФЭД. 1953 года, дальномерный. С ручной гравировкой на корпусе. Роскошь.
Дальномер — это круто, не надо считать шаги. И невозможно забыть перевести кадр. Зато обнаружилось, что в фотик где-то просачивается свет, и я даже сам нашёл, где не хватало винтика, и завинтил его. Но оказалось, что есть ещё какая-то дырочка в шторке, непонятно, в которой из них, из-за чего на некоторых кадрах иногда появлялось яркое пятнышко. «Пылающее сердце». Но не всегда, и так и не удалось понять, от чего. Но это мелочи.

И тогда отец, через знакомых знакомых, где-то приобрёл мне трофейную «Бельфоку», гармошку 1936 года, формат 6х9 (сменяемый на 6х6). В кожаном футляре, выложенном изнутри красным бархатом. Просветлённую. Настоящий антиквариат, но в прекрасном состоянии, как новая.
Однако же, с ней вернулись и старые проблемы: и на резкость можно забыть навести, и кадр можно забыть перемотать. Качество-то, конечно, потрясающее (если всё сделал правильно), но плёнка стоит те же 40 копеек, а кадров на неё можно сделать только восемь, а не тридцать шесть. Или двенадцать, но квадратных. А ещё у меня для неё не было увеличителя. Что-то печатали контактно. Пару раз взяли увеличитель напрокат. Что-то вообще оставили «до лучших времён». Через три года купили подержанную «Неву». Некоторые фотографии только сейчас впервые видят свет, когда я сканирую плёнки.

А меня часто спрашивают, почему на детских фотографиях у меня такое напряжённое подозрительное лицо. И я всегда отвечаю: «потому что тот, кто снимает, держит в руках мой фотоаппарат».

А ещё в советских условиях не всегда была плёнка в магазине. То широкой нет, то узкой нет. Поэтому часто таскал с собой в поездки оба аппарата: и ФЭД, и «Бельфоку». Какую плёнку удастся купить, такой камерой и буду снимать. А потом снова была «Смена», на этот раз от троюродного брата. По крайней мере, без пятнышек на кадрах. А ещё была такая фишечка, что вот нет в магазине чёрно-белой плёнки, а есть только цветная. И покупали цветную, проявляли, а потом печатали с неё чёрно-белые отпечатки. И, опять же, только сейчас, когда я сканирую эти плёнки, я впервые вижу те снимки в цвете.

Самое важное для обучения — повторяемость результатов. Чтоб правильный навык можно было закрепить, а ошибки — видеть и исправлять. А какая тут будет повторяемость результатов, если сегодня в магазине есть только такая бумага, а завтра — только эдакая. Профессионалы учили меня закупаться впрок, всё для этого, для повторяемости, для закрепления навыков. Так мы ж тоже не Ротшильды, сколько ты её впрок купишь, этой бумаги, две пачки, три?
Вечное спасибо родителям, которые все те детские годы старались и покупали мне всё, что могли: и фотики, и плёнки, и реактивы, и бумаги.

А про зеркалки можно было только в книжках читать, как фантастику или сказку. С зеркалкой ты смотришь в окошечко, и сразу видишь, резко ли. А бывает, пишут в книжке, что диафрагма у них «прыгающая», и тогда она сжимается только в момент съёмки, а если не прыгающая, то надо не забыть её затянуть. Да хоть бы и без прыгающей, уж я не забыл бы! Я же (почти) не забываю кадр перемотать! А у «Любителя», говорит книжка, из-за его зеркальности, лево-право наоборот показывается, надо привыкнуть. Да я привык бы!

И при каждом походе в фото-магазин, за плёнкой ли, за бумагой ли, или за проявителем, видел я тот «Зенит» на полке, и тот «Любитель» в витрине.

Один раз мне случилось подержать зеркалку в руках: в Ленинграде кто-то попросил щёлкнуть группу. И увидел я в окошечко этот таинственный кинотеатр зеркалки с экраном из матового стекла.

А эти нонешние говорят, что начинали с зеркалки. Еще б сказали, что учились водить на «простеньком джипе BMW». И вообще, их первые снимки приходили из минилабов, а потом они уже занялись вопросами экспозиции, композиции, и, в качестве особеннного чуда — попытались что-то напечатать в тёмной комнате. А у меня, наоборот, надо было изрядно потрудиться в тёмной комнате, и, если что-то вообще получится, не будет засвечено, не будет в подтёках от реактивов, будет равномерно погружено в ванночку и высохнет без пыли, пятен и следов от щипцов — вот тогда можно будет поговорить о композиции. И только годы спустя стало возможно получать готовые снимки из минилабов.

Я свою первую зеркалку купил в 23 года. Это был «Зенит-ЕТ», и стоял он, почему-то, в магазине канцелярских товаров, среди папок и тетрадей. Союза уже не было, а у меня уже была собственная фирма. Все к тому времени уже фотографировали на «мыльницы» с цветными плёнками «Фудзи» и «Кодак», и спрашивали, зачем я приобрёл эту рухлядь. Да разве ж объяснишь… Кое-кто из моих детей вообще не знает, ни что такое «зеркалка», ни даже что такое «мыльница».

А теперь у меня есть самая совершенная в мире зеркалка «Никон». И, кстати, «базука» на 400мм тоже есть. И видел я уже тот «Любитель», и ужаснулся уже его качеству. И даже «Роллейфлекс» видел, и понял, за что его любят. А «Бельфока» моя вместе с ФЭД-ом — в музее.

На самом-то деле, я, конечно, рад, что кто-то начинал свой путь с зеркалки, что кому-то было легче, и кто-то мог сосредоточиться на творческих вопросах раньше. Только не называйте аппарат «простеньким», а возблагодарите судьбу и родителей, что вам довелось обладать точнейшим и совершеннейшим инструментом своего времени! Мыльница ли, зеркалка ли, не говоря уже о минилабе или современной цифре — это сложнейший механизм, начинённый автоматикой, от экспозиции до автофокуса, от зеркала и пентапризмы до прыгающей диафрагмы и зума. Это достижение технологий, плод работы тысяч умов и рук, вам просто повезло, что эти достижения нам в наши дни доступны, но так было не всегда.

Успешных всем фотографий!

Позвоните родителям.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *