Меир Шалев. «Русский роман».

Тоже мои самые искренние восторги, сильные впечатления, и немеркнущая благодарность Брату Evgeni Meergus за рекомендацию.

Эта книга удивительно и своеобразно ведёт диалог с «повестью о любви и тьме» Амоса Оза, мне думается, что мне даже усилило впечатление то, что я читаю их подряд, что называется, «оставаясь в теме».

Эти книги как будто отвечают друг другу. Там городской мальчик романтизирует работающих на земле крепких парней, людей труда, преодолевающих множество трудностей, а тут показана жизнь этих самых тружеников, и их мечты, надежды и переживания, на протяжении трёх поколений.

Только если там точность, то тут — размытость. Там — чёткие даты, тут — «было в те времена, когда…». Там — конкретные события, а тут — былинность и сказочность.

И «нелинейность» тут тоже есть, и тоже своя, отличная от «повести о любви и тьме». И тот, и другой перескакивают через времена, только у Амоса Оза времена чередуются в строгом порядке, который к середине книги начинаешь понимать, и тогда ясно, чем книга закончится. А в «русском романе» автор свободно гуляет по временам, легко переносится из одних в другие.

И там хотелось разобрать на цитаты, выписать, вычитать вслух отрывки окружающим, а тут это превратилось прямо-таки в ежевечерние чтения вслух на ночь, из-за чередования времён можно даже не связывать кусочки для слушателей, можно читать практически с любого места. Так же, как и Амос Оз, он в одних местах намекает на какие-то события, а в других — возвращается к ним и рассказывает подробнее, но здесь он ещё и подаёт их порой с других точек зрения, и предлагает другие версии, а иногда возвращается и рассказывает, чем те или иные предания были на самом деле спровоцированы, а иногда и нет. И это придаёт книге ещё большую эмоциональную остроту и человечность — как и память живого человека, она не даёт чёткого «архивного» описания событий, она, как наша память, перебирает их, приукрашивает их и развивает, каждый раз по-своему, и сюжеты приобретают «каноническое изложения», дополненные множеством вариантов и толкований.

Былинный стиль, очень простые слова, напоминает сказание о Тиле Уленшпигеле. При этом текст очень насыщен, в кратких предложениях или колоссальная эмоциональная нагрузка, или в общих чертах набросок ситуации, которая при чтении достраивается в воображении, как по намёку, как по штрихам. Это придаёт сходство с библейскими текстами, которое восхитило переводчика.

И так же, как в «повести о любви и тьме», где-то с середине книга начинает мрачнеть. Тут тоже есть переход в одноимённый минор, но если уж проводить ассоциации с музыкой, то «повесть о любви и тьме» своей точностью скорее напоминает фугу, а «русский роман» тогда — фантазия.

Так же как и с той книжкой, мне хотелось написать отзыв, пока впечатления свежи, и сейчас мне это даже почти удалось — ещё около трети книги впереди.

И тут тоже есть многое, что близко мне лично. Герои тут — тоже выходцы из восточной европы. И среди наших родственников тоже были деревенские, работавшие на земле, ещё до создания государства — горячо любимый дядя Asher Gal и тётя Дорочка.

В общем, ещё одна моя тёплая добрая рекомендация всем.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *